0
0
0

Фаду — музыка улиц или песни судьбы

Фаду — музыка улиц или песни судьбы

Ничто так ярко и ёмко не ассоциируется с солнечной Португалией как портвейн, азулежу и фаду. Как жанр с португальским характером, зародившийся в XII веке, когда была в ходу лирика трубадуров и менестрелей, и окончательно сформировавшийся в XIX столетии, став частью культуры страны, он 27.11.2011 включен ЮНЕСКО в Список нематериального наследия. Те, кто хотя бы раз послушал фаду (к счастью, и у меня была такая возможность), запомнит его навсегда. Даже не понимая языка, музыка затронет каждого.

Фаду в буквальном переводе с латинского «fatum» значит «судьба», но какие только определения ему не дают — это и песни плача, и музыка сердца, и тоска португальской души. Кто-то сравнивает его с блюзом, в настроении которого бесконечная грусть, только в отношении к фаду это звучало бы так: «Все это грустно, но как красиво». Причем в отличие от испанского фламенко, где музыка — крик души, как натянутый нерв, здесь все мягко, даже меланхолично. Неспроста же говорится, что испанец, не простив измену, убьет, а португалец уйдет в море страдать.
Музыкальный жанр на самом деле невероятно эклектичен, в нем романтика греческих баллад тесно переплелась с арабскими вариациями и мексиканским темпераментом, разделив при этом неистовые испанские ритмы и мягкость португальской натуры. На его формирование вместе с отголосками традиций стран всего Средиземноморья оказали влияние и отзвуки африканского фанданго, мавританских мелодий и афро-бразильского лунду (когда в 1804-1822 в Бразилии находился король со своим двором, там и была сосредоточена культурная жизнь) — португальских колоний в период экспансии. Кому-то слышатся даже звуки родной цыганочки или романса, но это немыслимое смешение породило не на что не похожий стиль.
С изгнанием Наполеона, ближе к середине XIX века стиль, перекочевав в районы Лиссабона (Алту, Афлама, Моурари, Байру и др.), превратился в умение безграмотной бедноты посредством песен и танцев передавать информацию. Это происходило в тавернах, портовых притонах, выплескиваясь в скверы или прямо на улицы, так из отдельных «произведений» постепенно выкристаллизовалось единое целое под названием «песня судьбы».

В развитии фаду период 1830-1868 годов принято называть «спонтанным». Именно тогда в низших слоях стало известным имя легендарной Марии Северы. Слухи о ней как о портовой проститутке спорны, это и опровергают другие источники. Стройная черноволосая девушка, с юных лет поражавшая слушателей звучным голосом и артистизмом, стала известна и благодаря бурному роману с графом Вимиозу, тесно связанным с королевской семьей Португалии. Она выступала в салонах, знакомя общество с музыкой улиц и возвышая фаду до уровня искусства. Ее трогательная кончина (в 26 лет, прямо на улице во время карнавала) дала пищу многочисленным фаду, стала сюжетом для художественных произведений и 1-го звукового фильма (1931).
Она была не единственной, кроме Северы были и другие исполнители с прекрасными вокальными данными, глубоко чувствующие мелодику жанра и передающие это понимание голосом, ставшие всеобщими любимцами. Но именно ее в народе считают родоначальницей лиссабонского стиля, а официальной датой создания фаду, выражающего триединство голоса, звука гитары и танца - 30 ноября 1846.

Объявление католической церковью музыкального жанра еретическим искусством не стало препятствием к тому, чтобы выйти ему за границы статусных различий. Наверное, поэтому в нем простота музыки рыбаков и моряков, жриц любви, цыган и контрабандистов и с их житейскими рассказами и мотивами, связанными с морем, смогла удивительным образом сочетаться с аристократизмом, основанным на литературе и высокой поэзии. В популяризации стиля в высших слоях не последнюю роль сыграла и лирическая португальская модинья. Для «аристократического» периода (1869-1890) в развитии жанра характерными стали сдержанность и благородная строгость, что выражалось и во внешнем виде выступавших: мужчины - в тёмных костюмах с галстуком, женщины - в черных до пола платьях.

Танец под 5-струнную гитару, как было изначально, стал отмирать понемногу, и пение-соло стало привилегией певцов, называемых «фадишта», а исполнителей-виртуозов, способных мастерски импровизировать, выражая светлую печаль - «эштилишта». Этот этап распространения фаду по стране, когда жанр из уличного фольклорного перерождался в профессиональный, и разделение его на стилистические подвиды, растянулся с конца 1890 до 1920 г.г.

После выхода в начале XX века закона для выступления на публике требовалось разрешение, надо было утверждать программу. На смену кабакам в 1927 пришли маленькие театры и Casas de Fado - Дома фаду. В 30-40 годы люди разных профессий, объединенных любовью к фаду, приходили туда по вечерам послушать опытных музыкантов и попробовать себя в качестве исполнителей.
Период, начавшийся с 1930, продолжается до сих пор. В этот отрезок времени «золотым голосом Португалии», звучавшим для публики как часть исторической памяти, называют легендарную Амалию Родригеш. Её как «королеву фаду», «звезду всех времен» знают многие, она имела успех в 1969 и в СССР. Фаду, го ее словам — «это жизнь, выраженная в музыке».
Девушку из многодетной семьи (родившуюся во «время черешен», ибо точная дата неизвестна) показали антрепренёру парижской «Олимпии», открывшему миру много великих имен, он был так потрясен юным дарованием, что предложил выступить с сольными концертами, которые и стали началом ее блестящей карьеры. Во время авторитарно-диктаторского режима Салазара фаду использовали как инструмент пропаганды, а Амалию на фоне развернувшейся войны идеологий некоторые называли «голосом диктатуры», а то и фашисткой. После революции 25.04.1974 до конца 1980-х отметился упадок фаду, но с развитием звукозаписи и ТВ он пришел в каждый дом.
Великая Амалия, которой удалось соединить в своих импровизациях лиссабонские традиции с латино-американскими ритмами, испанским нервом и стихами лучших поэтов — фигура культовая в Португалии. Когда она умерла, ее провожал весь Лиссабон, прах поместили в Пантеоне, а в стране на 3 дня объявили траур. И черная шаль на плечах, как символ фаду, с тех пор стала деталью традиционного наряда исполнительниц последующих поколений.
Второй по известности - Карлуш ду Карму. Молодой человек из состоятельной семьи, с европейским образованием, собираясь посвятить себя гостиничному бизнесу, даже не думал заниматься пением. Но судьба распорядилась иначе, к тому же бархатный голос, обаяние и выразительная внешность быстро сделали его известным в стране и за рубежом (в 1986 выступал и в Москве). В какой-то момент, когда в Португалию хлынула музыка разной направленности, к фаду стали относиться как к исчерпавшей себя экзотике. Именно этот человек способствовал возвращению уникального стиля к традиционным корням.
С возрождением фаду появились новые имена, примером тому - певица Мариза и великолепный Камане, не так давно обвиняемых в модернизме и неуважении к традициям жанра, а теперь пополнивших ряды его классиков. У людей в возрасте взлет их ассоциировался с порой, когда вместе с Амалией на вершине славы блистал и классический «байришта» Фернанду Маурисиу, еще при жизни названный «Королем без короны». Теперь кто-то из исполнителей смешивает фаду с другими стилями и жанрами, но сторонники традиций отдают должное стандартам, заданным А.Родригеш.

Темами стиля могли быть воспоминания о Лиссабоне и его жителях, но в основе всегда были песни боли, плача, одиночества и ностальгии, повествующие о любовном томлении и горькой судьбе, выраженными одним словом "саудаде" (в вольном переводе - "печаль, тоска"), часто повторяющимся в импровизациях «босоногой дивы», как называли Сезарию Эвору. Море всегда было определяющей константой жанра. Это песни уходящих открывать новые земли моряков и плачь женщин, оставшихся ждать их на берегу.

Голосом страданий поет и гитара, сопровождающая пение или между напевами исполняющая соло с вариациями. Музыканты демонстрируют свое мастерство, сменяя друг друга. Обычно певцу аккомпанируют шестиструнная португальская гитара, классическая испанская гитара и гитаррон. Бытует мнение, что в гитарном дуэте, очертаниями похожих на сердце и женский силуэт, происходит соединение духа и плоти.
Появлению португальской гитары предшествовала завезенная в XVII веке в Порту английская цистра. Сегодня разновидностей ее уже более десятка, но главными по сей день считают лиссабонскую и коимбрскую гитары, отличающиеся размерами, звучанием и настройками.
В университетской Коимбре фаду по традиции исполняли только мужчины в традиционных для студентов черных костюмах с мантиями на плечах, подыгрывая себе на гитаре (и лишь по ночам), тексты их песен отличались литературностью, а темы, крутившиеся вокруг студенческой жизни, всегда были наполнены молодостью, первыми чувствами и романтикой. Академичное исполнение не приемлет жестикуляции и вообще каких-либо телодвижений, даже выражать одобрение принято легким покашливанием.
В Лиссабоне же исполнителями могли быть женщины и мужчины под музыкальное сопровождение 2-3 гитаристов, хорошему выступлению аплодировали, а плохое могли освистать.

В ресторанах столицы с деревенской мебелью, плиткой азулежу в декоре и сейчас висят фотографии исполнителей и инструменты на стенах. С первыми переборами гитары на сцену выходит фадишта, и зал замирает. Перед публикой разыгрывается наполненный жестами, мимикой и интонациями мини-спектакль, даже без знания языка трогающий до глубины души. И если образы рождаются в воображении голосом, музыка передает всю гамму чувств. Эмоциональная подача и вокальные приемы под ритмичный аккомпанемент делают живое исполнение незабываемым. И на туристов, познающих Португалию, это искусство, смею сказать, производит яркое и неизгладимое впечатление.

Комментарии